Чик был молодой красноголовый воробей. Когда ему исполнился год от

рождения, он женился на Чирике и решил зажить своим домком.

- Чик, - сказала Чирика на воробьином языке, - Чик, а где же мы устроим

себе гнездо? Ведь все дупла в нашем саду уже заняты.

- Эка штука! - ответил Чик, тоже, конечно, по-воробьиному. - Ну,

выгоним соседей из дому и займем их дупло.

Он очень любил драться и обрадовался такому удобному случаю показать

Чирике свою удаль. И, раньше чем робкая Чирика успела его остановить, он

сорвался с ветки и помчался к большой рябине с дуплом. Там жил его сосед -

такой же молодой воробей, как Чик.

Хозяина около дома не было.

"Заберусь в дупло, - решил Чик, - а когда прилетит хозяин, буду

кричать, что он хочет отбить у меня дом. Слетятся старики - и вот зададим

соседу!"

Он и забыл совсем, что сосед женат и жена его уже пятый день мастерит

гнездо в дупле.

Только Чик просунул в дырку голову, - рраз! - кто-то больно щелкнул его

по носу. Пискнул Чик и отскочил от дупла. А сзади уже мчался на него сосед.

С криком сшиблись они в воздухе, упали на землю, сцепились и покатились в

канаву.

Чик дрался на славу, и соседу его приходилось уже плохо. Но на шум

драки со всего сада слетелись старики воробьи. Они сейчас же разобрали, кто

прав, кто виноват, и задали Чику такую встрепку, что он не помнил, как и

вырвался от них.

В себя пришел Чик в каких-то кустах, где прежде ему никогда не

случалось бывать. Все косточки у него ныли.

Рядом с ним сидела перепуганная Чирика.

- Чик! - сказала она так грустно, что он, верно бы, расплакался, если б

только воробьи умели плакать. - Чик, мы теперь никогда больше не вернемся в

родной сад! Где мы выведем теперь детей?

Чик и сам понимал, что ему нельзя больше попадаться на глаза старикам

воробьям, они забьют его насмерть. Все-таки он не хотел показать Чирике, что

трусит. Поправил клювом свои растрепанные перышки, немножко отдышался и

сказал беспечно:

- Эка штука! Найдем себе другое место, еще получше.

И они отправились куда глаза глядят - искать себе новое место для

житья.

Только вылетели они из кустов, как очутились на берегу веселой голубой

реки. За рекой поднималась высокая-высокая гора из красной глины и песка.

Под самой вершиной обрыва виднелось множество дырок и норок. У больших дырок

сидели парочками галки и рыжие соколки-пустельги; из маленьких норок то и

дело вылетали быстрые ласточки-береговушки. Целая стая их легкой тучкой

носилась над обрывом.

- Смотри, как у них весело! - сказала Чирика. - Давай и мы устроим себе

гнездо на Красной горке.

Чик с опаской поглядел на соколков и галок. Он думал: "Хорошо

береговушкам: они сами копают себе норки в песке. А мне чужое гнездо

отбивать?" И снова у него заныли сразу все косточки.

- Нет, - сказал он, - тут мне не нравится: такой шум, прямо оглохнуть

можно.

И они полетели дальше. Дальше была роща, а за рощей - домик с дощатым

сараем.

Чик и Чирика опустились на крышу сарая. Чик сразу заметил, что тут нет

ни воробьев, ни ласточек.

- Вот где житье-то! - радостно сказал он Чирике. - Гляди, сколько

разбросано по двору зерна и крошек. Мы будем тут одни и никого к себе не

пустим.

- Чш! - шикнула Чирика. - Смотри, какое страшилище там, на крыльце.

И правда: на крыльце спал толстый Рыжий Кот.

- Эка штука! - храбро сказал Чик. - Что он нам сделает? Гляди, вот как

я его сейчас!..

Он слетел с крыши и так стремительно понесся на Кота, что Чирика даже

вскрикнула.

Но Чик ловко подхватил у Кота из-под носа хлебную крошку и - раз-раз! -

опять уже был на крыше.

Кот даже не шевельнулся, только приоткрыл один глаз и зорко поглядел на

забияку.

- Видела? - хвастал Чик. - А ты боишься!

Чирика не стала с ним спорить, и оба принялись искать удобное место для

гнезда.

Выбрали широкую щель под крышей сарая.

Сюда принялись они таскать сначала солому, потом конский волос, пух и

перья.

Не прошло и недели, как Чирика положила в гнездо первое яичко -

маленькое, все в розовато-бурых пестринках. Чик был так рад ему, что сложил

даже песенку в честь своей жены и себя самого:

Чирик, Чик-чик,

Чирик, Чик-чик,

Чики-чики-чики-чики,

Чики, Чик, Чирик!

Песенка эта решительно ничего не значила, зато ее так удобно было